Президент Лемиер
Уважаемые министры
Ваши Превосходительства
Дамы и господа

Я рад за предоставленную возможность в этом году присоединиться к участникам ежегодной встречи Европейского Банка Реконструкции и Развития в Ташкенте. Я хотел бы поблагодарить Президента Каримова за его любезное приветствие и теплый прием. Для меня большое удовольствие еще раз приехать в Узбекистан.

Мне представлена особая честь получить приглашение, чтобы выступить с лекцией Жака де Ларозиера перед такой уважаемой аудиторией. Я должен признаться, что принимаю эту честь с трепетом. Сначала я отреагировал таким образом – смогу ли я сказать то, что может заинтересовать эту аудиторию. В отличие от тех, кто уже выступал с лекцией Ларозиера во время предыдущих встреч, я не экономист, не банкир и не специалист по национальным или международным финансовым вопросам. Но я занимаюсь вопросами развития уже на протяжении четырех десятилетий. Эта деятельность заложена в основу моих обязательств в качестве Имама Исмаилитской общины, а также в основу идеи Ислама о фундаментальном единстве «дин и дунья» духа и жизни. На протяжении своей длительной истории, Имамат исмаилитов подчеркивал важность деятельности, которая отражает социальное сознание Ислама, которое содействует улучшению благосостояния наивысшего творения Аллаха – человечества, ответственность, которую Ислам возлагает на состоятельных и сильных, чтобы оказать помощь тем, которые нуждаются с ней.

Когда я стал Имамом в 1957 году, передо мной стояла задача разработать систему, посредством которой я смогу выполнять свои обязательства организованным и устойчивым образом и которая будет соответствовать обстоятельствам, требованиям и возможностям второй половины XX века. В период деколонизации Азии и Африки, холодной войны и катастрофические последствия этих событий для стран развивающего мира, а также болезненный прогресс во всем мире по направлению к международному развитию, стало ясно, что усилия Имамата по экономическому и социальному развитию не должны ограничиваться Исмаилитской общиной, а также должны охватить общества, в которых они проживают. В настоящее время Исмаилитская община составляющая примерно 20 миллионов человек, проживающих в Азии, Африке, на Ближнем Востоке, Европе и Северной Америке.

В результате я принял решение создать то, что сегодня называется Организацией Ага Хана по развитию (АКДН), группу из восьми агентств с индивидуальным мандатом, которые занимаются широким спектром важных секторов в области развития, начиная с отчетливых дополнительных перспектив, до необходимой компетентности. Организация Ага Хана по развитию активно занимается вопросами здравоохранения, образования, улучшения гражданского общества, культуры, развития экономики и сельской местности, и в настоящее время обладает более тридцатилетним опытом работы в Южной Азии и Восточной и Западной Африке. В Центральной Азии Организация начала свою деятельность в 1993 году. Эта работа началась в Таджикистане с оказания гуманитарной помощи и затем была продолжена с постконфликтной реконструкцией и развитием. Деятельность Организации расширилась и сейчас уже охватывает Кыргызстан и Казахстан. Обязательство по реконструкции и развитию Афганистана представляет новую инициативу Организации.
Время и опыт преподнесли нам ряд уроков, которые вам уже известны, но которые объясняют почему наши агентства по развитию созданы в таком количестве и для такой цели:

Развитие представляет собой многогранный процесс:

• к которому нужно подойти с многосторонней перспективой и компетентностью;

• который требует долгосрочного обязательства в отношении преображения программ в постоянные учреждения, работающие на местах;

• который требует мобилизацию и развития способностей местных общин или бенефициаров брать на себя ответственность осуществлять деятельность, которая может давать устойчивые результаты.

Структура и принципы развития Организации Ага Хана по развитию являются ответом на это понимание концепции развития. Эти агентства работают на местах с небольшим персоналом головного офиса и черпают энергию у более 20 000 сотрудников и волонтеров. Долгосрочная перспектива и опыт АКДН приобретенный на местах будет сегодня основой моего выступления.

Я уверен, что мы можем согласиться, что на самом общем уровне цель всех усилий по развитию – будь они поддержаны правительствами, национальными организациями или международными агентствами и учреждениями по развитию – заключается в том, чтобы стимулировать и содействовать преобразованиям, которые положительны по характеру, значительны по влиянию и имеют долгосрочный характер и устойчивы в будущем. Более сложный и трудный вопрос заключается в следующем – что надо сделать, чтобы достичь развитие, которое удовлетворяет это стремление?

Экономическое развитие, а именно увеличение производства и потребление товаров и услуг в экономике, а также расширение и улучшение качества возможностей по трудоустройству для населения страны и свободного дохода, конечно же играют огромную роль. Я принимаю это как установленный факт и поэтому Организация Ага Хана по развитию располагает несколькими агентствами, чьи первостепенные задачи заключаются в том, чтобы расширить экономические возможности в отдельных секторах.

Однако, совершенно не ясно – имеет ли качество жизни прямое, один-на-один отношение к уровню производства или даже широте доступа к тому что производит экономика. Несомненно, рост играет центральную роль в увеличении благосостояния человека и достоинства жизни. Но другие аспекты и вызовы развития играют по крайней мере равную важную роль. К сожалению, многие из них невозможно измерить традиционными экономическими мерками, и они не решаются посредством обычных экономических программ и политики. Именно этим аспектам я бы хотел посвятить большую часть своего выступления.

На это у меня две причины. Я не думаю, что неэкономические аспекты развития всегда получают должное внимание, так как степень риска в случае бездействия часто недооценивается. Во вторых, если с ними справиться компетентно, то со временем они смогут содействовать и поддерживать здоровье экономики, а также другие аспекты общества.

С точки зрения перспективы сорокалетней работы и опыта агентств Организации Ага Хана по развитию, институциональное развитие представляет собой особую важность для расширенного устойчивого развития. Говоря об институциональном развитии, я подразумеваю укрепление и усиление существующих институтов, а также создание новых учреждений и политики, чтобы поддержать их. Так как для этого процесса нужно время, он также требует срочного внимания. Институциональное развитие играет важную роль для того, чтобы отреагировать на появляющиеся нужды, новые возможности и постоянные пробелы, если преобразования измеряются с точки зрения положительности, значимости, долгосрочности, устойчивости и возможности оказать истинно измеримое влияние. Ни одна страна, по моему мнению, не сможет достичь стабильного постоянного роста, если ее гражданское общество находится в состоянии прирожденной институциональной нестабильности.

Необходимость универсальная. Она существует в больших и малых странах, в странах обладающими природными ресурсами, в тех где их мало, в развивающихся странах, в развитом мире, а также в тех странах, переживающих переходный период после развала Советского Союза.

Необходимость для институционального развития также применяется к каждому сектору общества: правительству на всех уровнях, предпринимательству крупному и малому, целому ряду различных неформальных и формальных организаций, которые вместе называются учреждениями гражданского общества. Одним из ясных уроков второй половины двадцатого века является то, что правительства не в состояние сделать все. Роль частного предпринимательства в национальных экономиках сейчас универсально признана как важная и легитимная.

Но усиление существующих учреждений и развитие новых для того, чтобы войти в новые сферы социальной деятельности, которая ранее предпринималась исключительно правительством еще широко не признана. Также еще не ясно какую форму новые учреждения должны принимать или каким образом они должны устанавливать отношения с правительством – вопрос, который по крайней мере рассматривается в рамках взаимоотношения правительства с частным предпринимательством, в отличии от частного социального сектора. В последнем доминирует не только недостаточность ясности, но даже и замешательство.

Говоря об учреждениях частного сектора, я имею в виду следующее. Из этих трех секторов – правительство, частное предпринимательство и гражданское общество – он является самым разнообразным и менее изученным. Тем более я не уверен, что даже те кто работают в этом секторе, дают такое же определение. Моя цель заключается не в том, чтобы начать академическую дискуссию, но просто удостовериться в том, чтобы меня правильно поняли. Я предпочитаю думать о гражданском обществе в самом широком смысле этого слова, включая все виды организаций и инициатив. Оно охватывает намного больше, чем термин НПО (неправительственная организация). Например, я включаю профессиональные организации, которые служат и вносят вклад в оживленный и эффективный сектор частного предпринимательства, такие как торговые палаты, ассоциации бухгалтеров, банкиры, врачи, адвокаты и тому подобные.

Организации гражданского общества как правило являются неприбыльными или не ставят перед собой задачу извлекать прибыль, по крайней мере имплицитно. Однако, они смогут приносить средства за счет оплаты или услуги, которые они предоставляют. Это приводит к большому замешательству во многих странах мира потому, что неприбыльные организации часто принимаются за благотворительные организации – предоставление услуг и средств к существованию нуждающимся. Это замешательство понять можно, потому что благотворительность имеет длительную историю во всех религиозных традициях, и обеспечивает реальную помощь всем тем, которые не в состоянии помочь себе. Некоторые учреждения гражданского общества должны и будут всегда заниматься благотворительностью. Но те организации нового типа существуют для того, чтобы предоставлять услуги за оплату, которая покроет часть или все расходы для осуществления деятельности, включая заработную плату, но не будут производить прибыль для владельцев и инвесторов. Возможно термин «некоммерческий» передает цель и принципы функционирования учреждений гражданского общества во многих странах мира лучше, чем термин «неприбыльный».

Так как большая часть учреждений гражданского общества занимается некоммерческой деятельностью, и все дивиденды, которые они получают непосредственно используются для улучшения качества жизни своих бенефициаров, эти учреждения сталкиваются с проблемой определения финансовых ресурсов, которые позволят им функционировать и расти.

В центре этой проблемы вопрос: «Является ли гражданское общество экономически жизнеспособным?» Если да, то какие к нему нужно критерии применять? Длительная история агентств Ага Хана показала, что в то время когда существуют финансовые учреждения и программы, которые готовы поддержать экономические инвестиции, некоммерческие учреждения гражданского общества находятся под постоянной угрозой систематического получения незначительных средств. Одной из причин, по крайней мере, согласно опыту АКДН, является тот факт, что учреждения гражданского общества очень редко или даже вообще не являются частью национального процесса планирования. Отношения между общественным и частным секторами, обеспечение услуг в области здравоохранения и образования зачастую предоставлены случаю, а не четко продуманному процессу, управляемому четкими задачами по развитию. В рамках сектора гражданского общества организации предоставляющие эти услуги и занимающиеся одними и теми же проблемами с различными перспективами, даже не консультируются по тому как им возможно работать вместе для достижения большей эффективности.

В дополнение, финансовым учреждениям очень сложно дать рационалистическое объяснение роли, нужд и будущего учреждений гражданского общества в рамках национальной экономики. По крайней мере, в банковском секторе они не могут приспособить свои системы финансовой поддержки когда они есть, к характерным чертам некоммерческих учреждений гражданского общества.
Ряд этих характерных черт ординарен, такие как необходимость и желание продолжительности, неспособность планировать рост на основе стабильного долгосрочного финансирования, необходимость принимать на работу компетентных людей по справедливым рыночным расценкам и в некоторых случаях невозможность/отказ формироваться как коммерческие предприятия.
Все это – общие заявления и я хотел бы поделиться с вами некоторыми конкретными примерами из нашей деятельности здесь в регионе. Каким образом частная больница, которая решила предоставлять услуги не для коммерческих целей, будет финансировать свое расширение или расходы по закупке очень дорогостоящего сложного технического оборудования? Каким образом университет будет финансировать расширение своей деятельности в других областях высшего образования, когда оплата за обучение студентов не сможет покрыть более 25% стоимости расходов по управлению университета? Каким образом вы будете решать новопризнанную проблему отдельных очагов бедности в развивающихся странах, где с одной стороны они представляют реальную угрозу дестабилизации, но в тоже время нет надежды улучшить их экономические стандарты, если не будет создана ключевая инфраструктура. Хорошим примером является недавно построенный мост, соединяющий Бадахшан Таджикистана с Бадахшаном Афганистана, который никогда не был бы оправдан согласно банковским критериям.

В каждом гражданском обществе в большей части развивающегося мира существуют профессии, которые чрезвычайно важны для стабильного роста и демократии, но которые систематически получают недостаточно ресурсов в плане оплаты и возможностей для предоставления постоянных курсов подготовки. Тремя из них являются: преподаватели, младший медицинский персонал и журналисты. Экономический статус этих профессий сегодня необходимо откорректировать. В ином случае последствиями могут стать прогрессивная деградация образования, прогрессивная деградация здравоохранения и национальных средств массовой информации, которые станут некомпетентными или открыты для всех видов нежелательного давления, включая коррупцию. В то же время дополнительные расходы на лучшее вознаграждение таким профессиям увеличит конечную стоимость продукта, делая его более недоступным для тех, которые больше всех нуждаются в нем – для бедных.

В развивающемся мире количество невыполненных программ по удовлетворению существующих нужд вместе с проблемами быстро растущего населения оказывает невероятное давление даже на самые прогрессивные эффективные правительства, располагающие значительными ресурсами. В странах бывшего Советского Союза, ранее высокий уровень достижения в области здравоохранения и все уровни образования невозможно поддерживать потому что правительства не в состоянии как раньше предоставлять субсидии. И во всех частях мира растущая дифференциация и специализация в областях здравоохранения и высшего образования, требуют создание учреждений нового типа, приобретение навыков в новых областях знания и технологии, новаторские способности, а также определение новых источников финансирования. Но даже правительства самых богатых стран мира не смогут отреагировать на эти вызовы без вклада частного предпринимательства и секторов гражданского общества.

Организации гражданского общества должны получить наивысочайший уровень компетенции, чтобы оправдать эту поддержку. Этот сектор сочетает энергию, творчество с социальным сознанием. Вместе они создают мощный импульс, который нужно развивать. В то же время способности по управлению, составлению и реализации программ, сбору средств, самоучению и оценке должны быть укреплены. Процесс обучения на основе опыта этого сектора играет важную роль для самих организаций, а также для правительства, агентств по международному развитию, университетов и даже частного предпринимательства. Каким образом мы может улучшить процесс самоанализа, оценки и обмена опытом не снижая роли автономии и творческих инициатив учреждений гражданского общества? Каким образом они могут научиться на своем опыте, чтобы улучшить управление своими программами?
Но опыт Организации Ага Хана по развитию также показывает, что перед сектором гражданского общества стоят ряд проблем, которые должны решаться, если этот сектор желает внести долгосрочный и эффективный вклад в национальное развитие в этом регионе. Даже если нужды очевидны, роль и потенциал этого сектора не совсем хорошо осознаны. Существуют вопросы о его легитимности, нет рамок, предсказуемого и надежного окружения и условий, в которых организации гражданского общества могли бы функционировать и процветать. Зачастую отсутствует ясность в том перед кем и чем этот сектор несет ответственность и отчитывается. Вопросы финансирования и устойчивой поддержки этого сектора недооцениваются. Каким же образом следует управлять учреждениями гражданского общества? Какие стандарты следует применять, чтобы определить их успех?

Правительства, агентства-доноры и другие должны сделать больше, чтобы создать условия для появления и развития учреждений гражданского общества. Основной вопрос заключается в следующем – каким образом необходимо улучшить взаимопонимание и создать условия уверенности и взаимопредсказуемости, которые позволят людям и учреждениям полностью реализовать свой потенциал.

Существуют несколько крупных контекстуальных вопросов, которые также имеют важное значение.

Первое, это региональное сотрудничество, тема затронутая в программе в разное время в течение последних двух дней, хотя в основном в плане экономических последствий. Последние несколько лет стали свидетелями появления различных образований среди соседних стран для развития торговых и более широких экономических отношений. Это чрезвычайно важно для Центральной Азии, и может основываться на демографии региона и элементах общей культуры, которые развивались на протяжении большого отрезка времени, именуемого Шелковым путем. Центральная Азия до сих пор удачно расположена, чтобы сыграть важную роль между Европой, Китаем и индийским субконтинентом. Эта роль будет более важной и окажет большее внимание, если страны региона найдут способы развивать свою экономику и ресурсы в сотрудничестве нежели индивидуально. Но зачем ограничивать это сотрудничество только в области коммерции? Многие нужды гражданского общества четко обладают региональным характером, отсюда и создание Университета Центральной Азии в партнерстве с правительствами Казахстана, Таджикистана и Кыргызской Республики для того, чтобы предоставить специализированное образование по изучению высокогорья на региональной основе.

Плюрализм, признание людей различного происхождения и интересов, организации различных видов с различными проектами, различные виды и формы творческого выражения – все они представляют ценность и заслуживают признания и поддержки со стороны правительства и общества в целом. Без поддержки плюрализма, гражданское общество не может функционировать. Плюрализм важен для мира, заявление, которое, к сожалению, в наше время задокументировано вооруженными конфликтами в контексте культурных, этнических или религиозных разногласий почти на каждом континенте. Очень важно заново создать наследие признания, толерантности и поддержки в контексте новых государств региона как источник силы и взаимопонимания.

Цель моих комментариев сегодня заключается не в том, чтобы указать пальцем на международные или национальные банковские системы. Я также не хочу показаться неблагодарным нашим донорам/партнерам за щедрую помощь, которую они оказывают на протяжении многих лет. Но я хотел бы поделиться своим убеждением, которое сформировалось на моем многолетнем опыте, что системы финансовой поддержки для некоммерческих учреждений гражданского общества не существуют в отдельных странах или существуют в незначительном количестве или плохо адаптированы к нуждам таких учреждений.

Если международные финансовые учреждения желают глубоко взглянуть на проблемы, которые необходимо решить для поддержки некоммерческих учреждений гражданского общества, необходимо поставить несколько стратегических целей. Первое, я предлагаю вам удостовериться в том, чтобы гражданское общество росло таким образом, чтобы оно улучшало общественное признание этого разнообразия среди людей в рамках общих границ как ценность, а не ущерб. События недавних лет показали в Восточной Европе, в великих озерах Африки, а также в различных странах Азии, включая Афганистан и Таджикистан, что существует главная необходимость для этих обществ развиваться таким образом, чтобы каждая группа чувствовала, что ее ценят и уважают и поощряют внести вклад в цель национального развития.

Я не верю, что многие рождаются в пониманием или в условиях где плюрализм рассматривается как ценность, но с другой стороны я убежден, что учреждения гражданского общества смогут сыграть главную роль в том, чтобы придать ценность плюрализму и концепции включения всех слоев общества. Но опять таки кто найдет инструменты, с помощью которых плюрализм найдет путь к обществу как главная необходимость для цивилизованной жизни в будущем?

Спасибо за то, что выслушали меня. Меня пригласили не для того, чтобы я выступил перед вами по банковским вопросам, хотя я хорошо понимаю и ценю цель ЕБРР, которая заключается в развитии посредством стимулирования экономики. Для создания надежного будущего для народов Центральной Азии, по моему мнению, также необходимо четко сосредоточить внимание на развитии новых концепций и новых учреждений для гражданских обществ.